<S>
“...и тут та-акое началось!”
Еще с октября упорно скучаю по хорошему фику (канонично такое, полагаю, не светит) про Джуффина — чиффиных времем лучше всего. Чтобы до событий, описанных в "Вороне на мосту". Или такое, как во "Властелине Морморы". Странное чувство, когда ты точно знаешь, что тебе нужно почитать, а его нет, а самому написать даже не то чтобы некогда или невыполнимо — не то. Библиотеку Мёнина мне!)))

Некоторые воины Морморы держали в руках окровавленные тела младенцев, которых с аппетитом пожирали на ходу, как огромные бутерброды. Другие тащили за собой на цепях искусно сработанные копии моих друзей и врагов — причем только тех, о чьем существовании знал Лаздей; добыть дополнительную информацию, порывшись в моем сознании, он, конечно, не сумел. Ребята, надо сказать, вышли совсем как живые, человека чуть менее сведущего и более чувствительного, чем я, до слез могли бы довести их терзания. Копии друзей передвигались на четвереньках и флегматично покряхтывали, демонстрируя утробную муку. Враги то и дело становились на дыбы, клацали зубами, как взбесившиеся хищники, норовили на меня броситься. Кстати, видел бы сэр Лойсо Пондохва своего двойника, он бы Лаздея, пожалуй, собственноручно за уши оттаскал прежде, чем прикончить. Уж насколько он был равнодушен к забавам дилетантов, но тут и его проняло бы, не сомневаюсь.

Шествие озвучивалось душераздирающим воем труб, лязгом трещоток и рваным ритмом барабанов. Кстати, ничего так музыка вышла, вполне в моем вкусе, хотя приглашать этот оркестр для сопровождения детского праздника я, пожалуй, все же не стал бы. Всему свое место и время.

В небе парили драконы. Мелкие и упитанные держались ближе к земле, обильно удобряя ее жгучим, разъедающим камни мостовой пометом. Более крупные твари летали повыше и гадили пореже, зато время от времени затевали битву, тогда вниз летели кровавые клочья, а визг и рев ополоумевших тварей на время заглушали звуки оркестра.

Лаздей не возглавлял свое войско, как положено генералу на параде, а держался в арьергарде — похвальная осторожность. Трехметровый рост он за собой сохранил, но хоть от моей физиономии отказался. Глупо пугать человека пародией на его собственную внешность, это даже Лаздею было понятно. Поэтому он просто немного поработал над своей рожей, перекосив ее самым удручающим образом. Успеха у девушек ему бы эти усилия явно не прибавили, но довести до слез дюжину-другую младенцев парень смог бы без особого труда. В одной руке он держал точную копию Смертного Посоха моего приятеля Лойсо Пондохвы — ну, этот его знаменитый жезл, якобы заживо испепеляющий всякого, на кого укажет владелец. В другой — череп, наполненный не то кровью, не то просто компотом из алых ягод, во всяком случае, Лаздей то и дело подносил свою чашу к губам и с явным удовольствием прихлебывал.

Мне до сих пор любопытно: неужели бедняга всерьез рассчитывал потрясти меня этим выездом? Ну да, я конечно постарался на совесть, прикинулся ослабшим и беспомощным — но не выжившим же из ума!

Впрочем, возможно Лаздей не столько пугал меня, сколько хвастал своим нынешним могуществом и величием. Вот, дескать, полюбуйся, дорогой учитель, я уже большой мальчик и весьма преуспел в магии. Смотри, какой красоты в твоем — именно в твоем! — сновидении наворотил, и это только начало.

А что, очень может быть, что именно хвастался. С него бы сталось. Вообще я уже не раз замечал, с большинством людей дело обстоит так: сколь плохо о них не думай, рано или поздно непременно выяснится, что ты все равно переоценил противника. Для дела так даже лучше, но за человечество всякий раз становится немного обидно. Я понимаю, люди несовершенны, но надо же хоть немного стараться.

Вдоволь налюбовавшись парадным выездом Властелина Морморы, я понял, что пора прекращать это удовольствие. Чем скорее, тем лучше.

Собираясь в Мормору с дружеским визитом, я намеревался пообщаться с Лаздеем подольше. Попросить пощады в обмен на помощь, вызвать парня на откровенность, выслушать, поиграть, позабавиться всласть, и только потом прикончить вместе с его драгоценной Морморой. От идеи оставить Лаздея в живых я отказался почти сразу. Не то чтобы меня обуяла жажда крови, но убить создателя — самый простой способ уничтожить иллюзию, а я никогда не искал сложных путей.

Собственно, именно поэтому я и собирался затеять с ним долгий душевный разговор. Мало ли, а вдруг расскажет напоследок что-нибудь занимательное. Чтобы, значит, не совсем уж впустую жизнь прожита была.

Но мало ли, что я там поначалу собирался. План, который нельзя изменить в любую секунду, повинуясь необходимости, или прихоти, ничего не стоит. Мне вдруг стало скучно возиться с Лаздеем. В деревенском трактире представление посмотреть — и то куда как поучительней будет. И увлекательней заодно.

Поэтому я просто прикинул расстояние, убедился, что мой Серебряный огонь преотлично до него доберется, в последний раз поглядел на сияющую от счастья физиономию бывшего ученика, который только-только изготовился как следует на меня рявкнуть, и метнул в него молнию, так и не вступив в переговоры. О чем, собственно, переговариваться, когда и так все ясно?


...А еще там была своеобразно и поэтому незабвенно прекрасная дама))) Заинтересованная Шурфом в Мантии Смерти.:gigi:

Она была та еще дамочка, эта самая Тинна. Действительно очень высокая, ростом примерно с меня. Тощая, как кошка с разоренной фермы, с роскошной копной пепельных волос и разноцветными глазами: один синий, другой янтарно-желтый. Отчаянно некрасивая и при этом невероятно обаятельная — настолько, что стоило ей улыбнуться, и становилось ясно, что именно о таких женщинах писали поэты древности: «Страшна, как смерть, желанна, как жизнь, Темная Сторона прелести», а современные красотки могут отправляться восвояси. Пока Тинна улыбается, о них и не вспомнит никто.
К этому сокрушительному обаянию следует добавить королевскую осанку, изумительно вылепленные кисти рук, драное лоохи явно с чужого плеча по-мужски застегнутое драгоценной старинной булавкой, продав которую, Тинна наверняка могла бы выкупить у Зогги его трактир, да еще пару соседних домишек впридачу. Но вряд ли она захотела бы возиться с покупкой недвижимости, знаю я эту породу.
***
— ...И так ясно: это леди Тинна за тобой прискакала. То-то мы с Зогги удивлялись, что она за деньгами не приходит…
— За мной? — искренне удивился Лонли-Локли. — Но зачем? Тут не самое подходящее место для свиданий. Строго говоря, хуже и не выдумаешь.
— Это тебе ясно. А ей никакой разницы, лишь бы без свидетелей с тобой поговорить.
— На ее месте я бы просто послал зов персоне, которая меня заинтересовала, — пожал плечами сэр Шурф. — Безмолвная речь для того и существует, чтобы люди могли поговорить без свидетелей. Собственно, я и сам собирался послать ей зов, когда покончу с исследованиями. Леди Тинна — чрезвычайно интересная особа. К тому же я собирался задать ей ряд вопросов касательно древнего устава Белых Пекарей. Странно, что она не захотела немного подождать.
Я возвел глаза к небу. И почему как только человек становится совершенством, он тут же напрочь перестает разбираться в людях?! Лонли-Локли в этом смысле не исключение, я уж сколько таких умников перевидал.
Конечно, Длинная Тинна вряд ли была так уж уверена, что столичный красавчик в Мантии Смерти непременно о ней вспомнит, а назначить свидание самой ей гордость не позволяла. Вот и ухватилась за первую же возможность устроить встречу как бы случайно: дескать, шла мимо, никого не трогала, а тут вы гуляете, какая неожиданность… Но что толку объяснять все это Лонли-Локли? В лучшем случае бровь приподнимет вежливо, но скорее всего просто пожмет плечами — дескать, как же вы хорошо во всех этих глупостях разбираетесь, сэр! Знаю я его.

@темы: это было бы смешно, если бы не было так грустно, сон, сотканный из снов, слоны идут на север, маскарад, кавычки, истории, заметки, Ехо