Ветер с Хурона

  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: а я отвечу песней (список заголовков)
22:06 

Доступ к записи ограничен

“...и тут та-акое началось!”
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
20:32 

Доступ к записи ограничен

“...и тут та-акое началось!”
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
20:59 

lock Доступ к записи ограничен

“...и тут та-акое началось!”
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
00:53 

Эти дни

“...и тут та-акое началось!”
Полнолуние.

Кельтский Самайн, если считать по старой до-римской традиции.
(В Галлии праздник длился три ночи (trinoux / tion / Samon / i / sindiu / os/ — «Три ночи Самайна с сего дня»), а в Ирландии — семь дней.
Галлы называли себя сынами темного бога Диспатера (Dispater). Все они величали себя потомками Дита-отца и утверждали, что таково учение друидов. Самайн — это и есть праздник Дита.
Самайн считался моментом, когда открывался Сид (могильный курган, врата загробного мира) и все сверхъестественное устремлялось наружу, готовое поглотить людской мир.
В эту ночь бессмертные боги приходили в мир смертных людей, а герои получали доступ в Сид. Наступал краткий период битв, союзов, браков людей с обитателями Сида, уплаты или отсрочки всевозможных долгов. Во время Самайна умирали великие герои и боги.
Особое значение этому празднику придавалось торжественным собранием всех королей, вождей, воинов, друидов и простолюдинов страны. Согласно поверью, любой кельт, не пришедший в сакральный центр страны в ночь Самония, терял рассудок. На следующее утро для него следовало выкопать яму, насыпать могильный холм и подготовить могильный камень.
)


Завтра — 11.11.11.

Это... чувствуется.
Подходящее время, чтобы выложить Календарь от Летописца. Начну, конечно же, с Ноября:

Они нездешние. Подкидыши. Детёныши фэйри, подброшенные в колыбель. Как убийственно притягательны они могут быть – чёрным резким профилем на сумрачном небе, сквозь косой дождь и пронизывающий ветер. Невозможно иные, другие, странные, болезненно надломленные, с неизведанной глубиной внутри. Что там? Бьющиеся, метающиеся крылатые тени, наклонишься посмотреть – и их призрачное мотыльковое пламя опалит, сожжёт, выест до дна.
Безумно тянет взглянуть: они, неприкаянные, с неловкой улыбкой, с солёным холодом осеннего моря в глазах, совершенные неземные призраки, хрупкие, серые, сияющие. Вот их бессонные ночи, до краев полные вдохновения на грани обморока, кофеина, сигаретного дыма и травяного шелеста. Вы протягиваете руку, осторожно, будто приманивая дикого зверя, но они боятся прикосновений, точно верят, что могут растаять от человеческого тепла. “Держись подальше!” бросают вскользь и шагают в туман, завернувшись в серый плащ. Что станет, если вы не послушаете, если подойдёте и встанете рядом? Ослепнете от седой авалонской бури, застынете под тоскливую песню ветров. И тут-то вы вспомните, что от этих волшебных созданий защищались железом и огнём. Что от них над порогам висели венки омелы. Что их имена боялись произнести вслух, чтобы ненароком не призвать. И вы понимаете, почему. Чем ближе подходишь, тем яснее становится, что их свет – это болотные огни, их необычность – лишь зерно шторма, горечь их слов - яд отчаяния.
Что они, отстранённые, могут подарить? Ведь для них если небольно – то и любви нет. Они даже не замечают, как глубоко ранят. О, они всегда будут с такой жадной симпатией смотреть за человеческой жизнью, будут так же ловить крохи тепла, с каким голодным интересом будут наблюдать из-за окна за чужой улыбкой. Но вы никогда не научите их быть частью жизни. Они останутся за рамками, за пределами этого мира. Зерно ноябрькой бури не утишить, не спрятать, не стереть. Точка опоры – саморазрушение, слом и стыки льда и стали. Так уж они созданы, что без боли им нет жизни, и это единственный дар, который они отдают и принимают легко.
Это они с лёгкостью продадут сердце дьяволу в обмен на талант. И он взвоет в ярости, получив обещанное: сжав ладони на куске льда, в глубине которого искрится железо. Сердце? О да, вот оно, холодное, нездешнее, нечеловеческое сердце – точка неподвижности в центре бури.
Смотрите. Наслаждайтесь. Любуйтесь, как они мчаться по миру на крыле ледяного шторма, как небрежным росчерком они создают окно – провал-пропасть – в целый мир, живой, древний, дикий. Но не подходите близко.
“Не научили”. Не научили любить, не научили понимать, заботиться, отдавать. Они, дети Ноября, и рады бы охранить, утешить, согреть, но не умеют. Как? Они не знают. Редкие проявления тепла небрежны, коротки, как солнечная тень на сухом листе.
Вот он, ноябрь, идёт навстречу, странный и хрупкий! Берегитесь, зажигайте свечи и ищите железный крест.


Прочие месяцы, а также иллюстрации — в дайри автора.

...Ну и этот потащенный у Митоса ворон, по-моему, очень в тему. (Хотя у меня вороны, драконы, змеи и рогатое всякое в тему всегда.=)

...К слову про Митоса и тех, кто любит высокую воду в Венеции — человек сейчас там, он это самолично наблюдает, завидовать глупо, но совсем не делать этого никак не получается:
06.11.2011 в 15:51
Пишет Meethos:

Acqua alta
Первый раз на моей памяти высокая вода. За два часа заиграла сирена. Это было в 6.30. Потом я немедленно отправился гулять.
Сначала на край мира. Там вдали видна большая земля. Ни один город так резко не заканчивается. Идти далее некуда. Да вода заливает набережную. И у меня строительные зеленые резиновые сапоги.
Обошел много мест. Большинство моих фото носят название "Дверь, окно, вода". При виде фактурной стены теряю волю.



URL записи

@темы: а я отвечу песней, день, в который, заметки, кавычки, маскарад, налетай, торопись, покупай живопись!, сон, сотканный из снов, стоп-кадр, трава™

21:40 

lock Доступ к записи ограничен

“...и тут та-акое началось!”
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
18:44 

Доступ к записи ограничен

“...и тут та-акое началось!”
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
12:32 

“...и тут та-акое началось!”
21:41 

“...и тут та-акое началось!”
18:24 

Доступ к записи ограничен

“...и тут та-акое началось!”
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
15:36 

Календарное

“...и тут та-акое началось!”

11.10.2011 в 22:28
Пишет .molnija.:

...у меня на ладонях лежавшее солнце
Виа Lindwurm
пронзительное и яркое стихотворение

Вовеки - как это, должно быть, по-детски звучит -
вовеки я буду любить эту краткую осень
и этот октябрь. Не тебя в октябре, но октябрь -
такой же отчаянно нежный во властном бессилье,
как ты, и, как ты, столь же рано начавший седеть.
Вовек - до скончанья от детства оставшихся снов,
до края, который подобен, наверное, смерти,
я буду любить золотое, прохладное, весь
октябрь у меня на ладонях лежавшее солнце.

автор - Аманда Айзпуриете (в пер. Наталии Бабицкой)

URL записи

@темы: а я отвечу песней, заметки, кавычки, сон, сотканный из снов

01:03 

Доступ к записи ограничен

“...и тут та-акое началось!”
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
22:21 

lock Доступ к записи ограничен

“...и тут та-акое началось!”
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
19:13 

Доступ к записи ограничен

“...и тут та-акое началось!”
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
21:04 

Доступ к записи ограничен

“...и тут та-акое началось!”
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
17:41 

Доступ к записи ограничен

“...и тут та-акое началось!”
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
23:40 

Доступ к записи ограничен

“...и тут та-акое началось!”
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
16:39 

Доступ к записи ограничен

“...и тут та-акое началось!”
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
16:36 

Доступ к записи ограничен

“...и тут та-акое началось!”
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
23:08 

Опера вместо

“...и тут та-акое началось!”
Не совсем опера и не совсем вместо, но на закрытии "Новой Волны" подумалось: ах, Хворостовский и надо бы послушать Суми Йо. Сказано — сделано:
Инфа о Суми Йо (Джо)
Суми Джо родилась в Сеуле, Корее, в 1962. Ее мать была певицей и пианисткой на любительском уровне, так как была неспособна осуществить ее собственное профессиональное обучение музыке из-за политической ситуации в Корее в течение 1950-ых. Настроенная предоставить ее дочери возможности, которые она никогда не имела, мать Джо зарегистрировала ее в уроках фортепьяно в возрасте 4 лет и позднее на уроках вокала в возрасте 6 лет. В детстве Джо тратила до восьми часов в день, изучая музыку. В 1976, Джо поступила в Школу Искусств (Sun Hwa Arts School), в которой она получила высшее образование и в 1980 выпустилась с дипломами по вокалу и фортепьяно. Она продолжала изучение музыки в Сеульском Национальном Университете в 1981-1983 гг. Учась в Сеульском Национальном Университете, Джо сделала свой профессиональный дебют, появившись на нескольких концертах с корейской Телерадиовещательной компанией, и дебютировала как Сюзанна в Свадьбе Фигаро в Сеульской Опере. В 1983 Джо решил оставить Сеульский Национальный Университет, чтобы изучать музыку в Италии в Академии Святой Чечилии в Риме.
Среди ее преподавателей был Карло Бергонци, и Гранилла Бонелли. Пока Джо училась в Италии, ее часто слушали на концерте в итальянских городах и также на национальных радиопередачах и телевизионных передачах. Она получила высшее образование в 1985. Затем Джо начала изучать вокал с Элизабет Шварцкопф и выиграла несколько международных конкурсов в Сеуле, Неаполе, Барселоне, Претории...

Использованы материалы из Wikipedia, the free encyclopedia.
Персональный сайт: http://www. josumi. com



Про Дмитрия все всё знают, поэтому личное: он прошел мимо меня по принципу "ну есть такой, надо бы ознакомиться, но позже, позже". О вокальном мастерстве недовыпускнице музыкалки судить некрасиво; тембр мне нравится. Внешне не мой типаж, но впечатлена — взгляд, фигура, осанка, манера держаться, костюмы — то ли кинозвезда, то ли танцор, то ли тореро. Позже, правда, восторги заменила критика — разноплановей надо, разноплановей. И он тоже октябрьский.) И импозантным стал не так давно — раньше кроме глаз и голоса на мой вкус впечатлять было нечем.
аудио, много
***
Еще здесь вроде не было Цискаридзе (или был?..) и Градского, а в последние полгода они меня занимали (причем Градский и как человек симпатичен, очень люблю слушать интервью с ним; Ника же безумно очарователен, божество на сцене живое воплощение истинного духа балета, жесткого и чувственного, к тому же интервью с ним так поучительны). Возможно это исключительно мое личное впечатление, но когда танцор балета действительно хорош - не только профессионален, но и грациозен, харизматичен — он воплощает собой какой-то такой художественный эротизм. Именно мужчина, не женщина-танцовщица. Женский балет меня тоже может эстетически поражать, но он для меня лишен чувственности, и дело тут, подозреваю, не только в разнице костюмов пачка-трико. Но это долгий разговор.)
Цискаридзе, 4 видеофрагмента: Щелкунчик, Баядерка и две версии Нарцисса
АГ, аудио, много

@темы: кавычки, заметки, архивные материалы, а я отвечу песней, Николай Цискаридзе, Дмитрий Хворостовский, Александр Градский, cinеmatographe, Sumi Jo

21:14 

Прекрасное=)

“...и тут та-акое началось!”
Меня тут вступление тоже безумно радует)) А уж эти паузы... ну умеет Александр Борисыч, умеет;).

@темы: а я отвечу песней, Александр Градский

главная